Пианист Horace Silver (англ. Horace Silver, реальное
полное имя — Horace Ward Martin Tavares Silva) , чьё мощное и запоминающееся
сочетание блюза, фанка и латинских звуков перестроило джазовый ландшафт в 1950-ые
и 1960-ые, скончался в среду, 18 июня 2014 утром в своем доме в Нью-Рошель,
штат Нью-Йорк. По словам сына, Грегори Сильвера, он умер от естественных
причин. Хорэсу Сильверу было 85 лет.
В качестве лидера группы, Хорэс Сильвер был наставником
некоторых весьма крутых музыкантов своей эпохи. В качестве композитора, он создал
многочисленные джазовые стандарты, которые всё еще играют сегодня.
Родился Хорэс Сильвер 2 сентября 1928 года в городе Норвалк, штат
Коннектикут, США. Его отец, John Tavares Silva, родом с острова Майо
(Кабо-Верде, в 25 километрах от острова Сантьяго). Мать родилась в Нью-Канаане,
штата Коннектикут и имела ирландско-африканские корни.
Сильвер рос в родном Норвалке. Ему было 11 лет, когда
одним теплым воскресным вечером он со своим отцом случайно набрёл на площадку,
где готовился концерт свингового оркестра. Это был оркестр во главе с Джимми Лансфордом,
знаменитая команда в период расцвета эпохи биг-бендов.
"Я увидел всех этих чёрных парней, выходящих из
автобуса со своими инструментами, и сказал:" Папа, мы можем остаться и
просто услышать, как они играют один номер? Только один номер", рассказал Сильвер
в интервью NPR в 1996 году." Нет, утром ты должен идти в школу, тебе
завтра рано вставать ». ... Я просил и
умолял, просил и умолял, так что он смирился: "Хорошо, один номер."
Отец позволить ему послушать три темы, прежде, чем
они пошли домой. Это событие навсегда определило дальнейшую судьбу Сильвера,
избравшего путь пианиста и руководителя джаз-оркестра.
Свою музыкальную карьеру Хорэс Сильвер начинал как
тенор-саксофонист, но позднее перешёл на фортепиано. На его манеру игры на
саксофоне повлиял стиль Лестера Янга, а в игре на фортепиано он поначалу
испытывал заметное влияние Бада Пауэлла, одного из самых ярких пианистов эпохи
бибопа.
По достижении двадцатилетнего возраста, Сильвер был уже
настолько опытным пианистом, что на него обратил внимание популярнейший
джазовый саксофонист Стен Гетц. Это было в 1950-ом. Гетц тогда выступал в клубе
«Sundown Club» (Хартфорд, штат Коннектикут), а в качестве аккомпанирующей
группы пригласил трио Хораса Сильвера. Работа музыкантов настолько пришлась по
душе Стену Гетцу, что он пригласил их на гастроли, что, в итоге, привело к
записи трёх композиций. Именно с Гетцем, ставшим его первооткрывателем, Сильвер
сделал свою первую запись.
В следующем году Хорэс Сильвер переезжает в Нью-Йорк, эту своеобразную Мекку джаза. В
Нью-Йорке он начал работать в знаменитом клубе «Birdland» по вечерам
понедельников, когда различные музыканты обычно собирались для джем-сейшнс,
проходивших в творческой и неформальной обстановке. В этом же году, работая
аккомпаниатором, он впервые обратил на себя внимание представителей
рекорд-лейбла «Blue Note», со временем на долгие годы определившего его
творческий путь. Вскоре Сильвер становится одним из основателей знаменитого
ансамбля Jazz Messengers, который он организует вместе с выдающимся барабанщиком
Артом Блэйки, многое сделавшим в своё время для становления революционного джазового
стиля би-боп. Jazz Messengers стал своеобразным «инкубатором» молодых талантов
и будущих звёзд джаза. Например, среди прочих, кто позднее присоединился к
группе Сильвера были такие, впоследствии выдающиеся музыканты, как саксофонист
Хэнк Мобли и трубач Блю Митчелл.
В 1952 и 1953 годах Сильвер сделал ещё три записи со
своим трио. Участие в записях принимали Арт Блэйки в качестве барабанщика,
Перси Хит на басу, Джин Рейми и Кёрли Расселл. Сотрудничество барабанщика и
пианиста шло 4 года, за это время Сильвер и Блэйки записали альбом «A Night at
Birdland Vol. 1» вживую в клубе «Birdland» в составе с Клиффордом Брауном, Расселлом и Лу
Дональдсоном, в клубе Bohemia с Хэнком
Мобли и Кенни Дорэмом, а также в рекорд-студиях. Сильвер также принял участие в
записи «Walkin’» вместе с «All Stars» Майлса Девиса.
«Мне нравилось, как он играл — в фанковой манере,
которой я в то время очень увлекался. Он добавлял огня моей игре,..»: так
написал о своём небольшом эпизоде совместной работы с Хорэсом Сильвером,
великий Майлс Девис в своих мемуарах.
Во время работы с Артом Блэйки Сильвер редко записывался в качестве лидера, но после
того, как в 1956 году пути двух музыкантов разошлись, Хорэс собрал свой
хард-боповый квинтет — изначально, с составом, аналогичным «The Jazz
Messengers», с 18-летним Луисом Хейсом вместо Арта Блэйки. В наиболее
стабильный состав квинтета вошли Блю Митчелл и Джуниор Кук.
В 1956-ом Сильвер подписал контракт с лейблом Blue Note, руководитель которого Альфред
Лайон в течение почти трех десятилетий давал ему полную свободу действий в
качестве студийного пианиста и аранжировщика. Началось его плодотворное
сотрудничество с Blue Note, продолжавшееся до 1980 года.
Начиная с этого периода, он выпускает пластинки
эксклюзивно под маркой лейбла «Blue Note», в в работу над его записями Сильвера
Альфред Лайон начал вкладывать гораздо
больше средств, чем обычно вкладывалось в те времена в джазовые записи.
Название мемуаров Сильвера, «Let's Get to the
Nitty-Gritty»: что-то вроде «Давай, пошли на подёнщину», говорит само за себя.
Но, джазовый стиль, созданный Сильвером на этой «подёнщине» стал новой
значительной вехой джазовой истории: Эпоха эта была названа хард-боп (твёрдый
бибоп).
Именно в период сотрудничества с «Blue Note» Хорэс
делает большой вклад в создание и развитие этого стиля, соединившего в себе
элементы ритм-энд-блюза, джаза и госпела. Яркие черты госпела очень хорошо
заметны в одном из его самых масштабных хитов, «The Preacher». Сильверу удалось
создать звук, который послужил калькой для бесчисленных джазовых квинтетов в
1950-х и 1960-х годах: отличавшихся блюзовой ориентацией, душевностью
исполнения и изрядным зарядом фанковой
энергии.
Этот был период в джазе, когда революция бопа в
значительной степени исчерпала свои ресурсы, а идеи кула, развитые Майлсом Девисом,
были подхвачены белыми джазменами западного побережья, перехватившими инициативу
в развитие стилевых трендов у своих чёрных коллег с Востока США. Идея Хорэса Сильвера пришлась весьма кстати, вернув джазу его
изначальную корневую основу, из которой проросли в своё время плоды первых
джазовых шедевров времён Бадди Болдена и Луиса Армстронга.
Композиции Хорэса Сильвера заставляют обращать на
себя внимание слушателей неожиданными сменами темпа и большим разнообразием
мелодических решений. Манера игры Хораса легко могла изменяться от
агрессивно-«перкуссионистской» до красочно-романтичной в течение нескольких
тактов. Между тем, его остроумное использование повторов стало фанковым ещё до
того момента, как это слово вообще стало корректным для употребления в
приличном обществе.
К его ключевым пластинкам этого периода следует
отнести «Horace Silver Trio» (1953), «Horace Silver and the Jazz Messengers»
(1955), «Six Pieces of Silver» (1956) и «Blowin’ the Blues Away» (1959), в
который вошла его знаменитая музыкальная тема «Sister Sadie».
Дэн Моргенштерн, почетный директор Института
джазовых исследований Rutgers University, говорит, что «…у Сильвера были великие
мелодии, сложные гармонии и ритмы, под которые вы могли танцевать». "Они
были очень броские," говорит Моргенштерн, "эти темы Хорэса, которые всегда
на слуху . Он просто кое-что умел делать в совершенстве." Моргенштерн вспоминает,
что как пианист Сильвер поразил его ещё в 1958 году во время джазового
фестиваля в Ньюпорте. "Его волосы взлетали", вспоминал Моргенштерн.
"Вы знаете, его голова подпрыгивала из стороны в сторону и вверх, и вниз,
и он был насквозь мокрым, когда покинул сцену." По словам Моргенштерна,
музыка Хорэса Сильвераr производит на
человека неизгладимое впечатление. И с этим постулатом трудно спорить.
В 1963 г. Хорас Сильвер собирает новую команду с Джо
Хендерсоном на тенор-саксофоне и Кармеллом Джонсом на трубе. Когда в 1965-ом Джонс
покинул состав группы, чтобы переехать в Европу, его место занял Вуди Шоу, а
Хендерсона заменил Тайрон Вашингтон. В 1964-ом, когда Хорас Сильвер в феврале
совершил турне по Бразилии, в его творчестве появились дополнительные признаки португальского
влияния. Но Хорас Сильвер не афишировал свою изрядную подкованность в
португальской культуре, не демонстрировал напрямую соответствующие традиции в
своём музыкальном воспитании. Всё это легко и непринуждённо вплеталось в его
игривый фанк. Лишь его трек 1965 года «Cape Verdean Blues» — единственный пример
в творчестве музыканта, явно и недвусмысленно воссоздавший, впитанные им с детства
впечатления от домашних спонтанных концертов, когда его отец с друзьями
джемовал в традиционных кабовердеанских стилях морны и коладейры.
Барабанщика Роджер Хэмфриса музыка Сильвера
захватила в середине 1960-х. Хэмфрис утверждает, что Сильвер был для него не
только вдохновенным пианистом, но и наставником - " замечательным старшим
братом". "Он относился ко мне очень хорошо", вспоминал Хэмфрис.
"Он заставил меня желать играть в его группе. Он заставил меня желать
играть для него."
«Эта мелодия написана мной, но её привкус заставляет
меня вспоминать времена детства. Некоторые члены семьи, включая отца и дядю,
имели обыкновение играть в составах из трёх или четырёх струнных инструментов;
отец играл на скрипке и гитаре. Это были счастливые, непринуждённые встречи.
Меня очень впечатляет своим аутентичным битом босса-нова. Не просто своим монотонным
тик-тик-тик, тик-тик, как это обычно делается, а настоящим чувством босса-новы,
которое я попытался вплести в эту вещь».
Композиции Хорэса Сильвера, цепляющие и очень
гармоничные, завоевывали всё большую популярность, в то время как коллектив
мало-помалу переходил на соул и фанк музыку. Не все давние слушатели были
готовы принимать эти перемены. Но, как бы то ни было, на многих поздних
альбомах с Сильвером сотрудничали весьма интересные музыканты, одним из которых
был, например, видный представитель джаз-рока, трубач Рэнди Брекер. Рамки
некогда революционного хард-бопа, исчерпавшего к началу 1970-ых свой творческий
потенциал, постепенно стали тяготить Сильвера. Его талант композитора требовал
новых горизонтов. В стремлении вырваться за пределы шаблонного мейнстрима Сильвер пробовал вводить в свою музыку новые идеи.
Но лейблу нужны были проверенные временем коммерческие хард-боповые опусы. Это
привело к неизбежному творческому конфликту, и в 1981 году Сильвер начинает
издавать свои произведения на собственном
лейбле «Silveto», для которого ему удалось сочинить весьма энергичную музыку. Как
например, записанную на альбоме1985 года «Continuity of Spirit» и содержащую
уникальные оркестровки. В 1990-х годах Сильвер сделал свой вклад и в популярную
городскую музыку, что отражает его альбом «It’s Got To Be Funky» (Columbia,
1993). Он переезжает в Калифорнию, где в кругу своей любящей семьи, музыкант
пожинал плоды успеха, как признанная икона джаза. В 2005 году National Academy of Recording Arts and Sciences (NARAS)
присвоила ему награду «President’s Merit Award». К
сожалению, здоровье великого пианиста подорвала коварная болезнь, и с 2008-го творчество
Хорэса Сильвера завершилось: виртуозные пальцы великого пианиста уже не могли с
прежней беглостью носиться по чёрно-белым клавишам. А спустя шесть лет
остановилось его горячее джазовое сердце.
Хорэс Сильвер сумел стать известным джазовым
музыкантом. И для этого он должен был играть свою музыку более 60-ти лет.
